20 цитат из книги Валери Стил «Корсет»

Валери Стил называют «одной из самых умных женщин мира моды», а The New York Times даже окрестили ее «историком моды на высоких каблуках». Просто Валери подходит к моде не с позиции трендов «модно/ не модно, она целостно анализирует этот социальный феномен. Делимся самыми интересными цитатами из книги «Корсет»:

«Пожалуй, корсет – самый неоднозначный из существующих предметов одежды. Начиная с эпохи Возрождения и вплоть до XX века, он занимал почетное место в гардеробах женщин европейской цивилизации и 400 лет подряд оставался важнейшей деталью модного платья. При этом на всем протяжении истории корсета многие воспринимали его как «орудие пытки» и видели в нем причину болезней или даже смерти».

«Корсет отнюдь не простая причуда буржуазной викторианской моды – он возник несколькими столетиями раньше в рамках аристократической придворной культуры и постепенно распространился во всех слоях общества; его носили как женщины из рабочей среды, так и аристократки».

«Часто утверждают, что корсет возник в античности – в Греции или на минойском Крите. Другая версия приписывает изобретение корсета, «дьявольского орудия пытки», кому-то из европейских аристократов, чаще всего Екатерине Медичи».

«В XVI веке появились два типа корсетов: модные – их создавали портные, порой пользуясь металлом и китовым усом, – и ортопедические корсеты для хирургических целей – конструкции из перфорированных металлических пластин с петлями по бокам».

«Считалось, что твердый корсаж и узкий лиф способствуют выкидышу. Как писал в 1595 году Стивен Госсон, «Корсаж и лиф … оставят тишь, / Там, где лежать бы мог малыш».

«В XVII веке на девочек уже в двухлетнем возрасте надевали миниатюрные корсеты, чтобы укрепить тело и «предотвратить деформации скелета», а также «сформировать привлекательную талию и высокую грудь. Маленьких мальчиков тоже одевали в корсеты, по крайней мере до тех пор, пока лет в шесть они не начинали носить штанишки».

«Противники моды не упускали случая напомнить, что женщины с помощью одежды меняют свой внешний телесный облик – подбивают платья ватой на бедрах и на груди, утягивают талию, а также, надевая высокие ботинки, пытаются казаться выше мужчин. Подобные уловки осуждались наравне со смертными грехами».

«Многие врачи вслед за Руссо агитировали за грудное вскармливание и против пеленания младенцев. Вторая половина XVIII века была отмечена настоящим бунтом антикорсетной пропаганды. «Споры о корсетных оковах … были одной из граней великой полемики того времени о природе и культуре, общественном контроле и терпимости».

«Конец жесткому корсету положила Великая французская революция – его звезда начала закатываться еще до 1789 года».

«Уже к 1811 году автор, писавший для The Mirror of Graces («Зеркало граций»), предсказывал возвращение тугой шнуровки: «Искривления тела вновь заставляют натягивать стальные корсажи на израненные ребра». Мода на неоклассическое платье без жесткого корсета стала задним числом восприниматься как порождение беспорядочных и распущенных нравов революционной эпохи».

«Триумф корсета не означает, что викторианские женщины были более притесненными или склонными к мазохизму, чем их предшественницы: просто из-за промышленной революции и демократизации моды этот предмет одежды стал доступен большему числу женщин. Красота считалась «обязанностью» (или даже «правом») каждой женщины, и ее надлежало достичь если не природными средствами, то искусственными ухищрениями».

«Некоторые мужчины также носили корсеты, однако практика эта воспринималась неоднозначно. Имеются разрозненные и фрагментарные свидетельства того, что военные носили корсеты еще в XVII веке, но более привычным это явление стало в начале XIX века с возникновением фигуры денди».

«Тексты корсетных реклам обычно посвящались животрепещущим темам. Почти всегда пропагандировались достигаемые благодаря корсету «удобство» и «элегантная внешность», а также патентовались усовершенствования вроде «несокрушимых» стальных конструкций и «регулируемых боковин».

«Деформации ребер могут быть вызваны множеством разных причин, их нельзя приписывать лишь ношению корсета. Историки иногда пишут, что ребра удаляли, однако утверждения эти либо вовсе бездоказательны, либо основаны на «слухах» о неких дамах, сделавших такую операцию».

«Насколько туго шнуровались женщины? Объем талии у женщины должен был быть в пределах 68-74 сантиметров, однако большинство женщин не позволяют себе выходить за 61 сантиметр, тысячи затягиваются до 53 сантиметров, некоторые – даже до 51 сантиметра, – писал The Family Herald («Семейный вестник») в 1848 году».

«Знаменитая карикатура Уильяма Хита «Истинный вид новой машины для закручивания дам» (ок. 1828) изображает систему утягивания с помощью лебедки. Не приходится сомневаться в том, что изображенная машина – вымысел: никто и никогда не затягивал корсетов таким образом».

«Описание корсета с точки зрения «маскулинизации» женского тела может показаться странным и противоестественным, поскольку корсет был предметом женской одежды, однако он без сомнения придавал торсу твердость и прямоту».

«Отказ американских женщин от жестких корсетов во время войны высвободил 28 тысяч тонн стали – достаточно для постройки двух линкоров. Продажи жестких корсетов также начали падать в 1917 году, хотя до того держались на «довольно ровном уровне – около 70 миллионов долларов»».

«Как писал Vogue в 1922 году: Неужто при помощи корсетника, тренера и бескрахмальной диеты скоро возникнет раса стройных, гибких женщин? Жизнь в тысячу раз веселее, когда ты стройна и подвижна, а избыточная тучность ведет к бездеятельности и скуке. Да здравствует мода на стройность!»

 «Уже наступил XXI век, а корсет и не думает сходить со сцены. В 1990-е кое-кто беспокоился, что возрождение модного корсета свидетельствует о мощной негативной реакции на феминизм. Однако эта интерпретация не учитывает всего многообразия смыслов. Такие культурные знаки, как корсет, особенно в мире моды, не имеют устойчивых, фиксированных значений. Многие модные корсеты можно рассматривать с точки зрения ассимиляции популярной культурой фетишистских образов».

Text: Masha Benediktova

не зупиняйся